Герои, Интервью

Джейна Лиеде и Эдуард Чеботько: на пути к свободе

26.07.2017 • By

Интернет открывает перед нами действительно огромные возможности: мы узнаем о совершенно новых вещах, вдохновляемся примерами смелых людей, работаем из любой точки планеты. Сегодня я хочу рассказать вам о по-настоящему отважной семейной паре, решившейся на грандиозные перемены в жизни и о том, что из этого получилось.

— Больше года вы провели, путешествуя по миру. Расскажите, что было «до»?

Эдуард: Я родился и вырос на Камчатке. Потом, воспользовавшись возможностью поступить в университет через выездную комиссию, оказался в Санкт-Петербурге, закончил энерго-машиностроительный факультет и начал карьеру инженера.

Джейна: Старшая сестра, которая всегда была для меня примером, уже училась в Питере. К тому моменту, когда передо мной встала необходимость выбирать специальность, там открылся факультет китайского языка, который я очень хотела освоить, поэтому выбор был логично сделан в пользу этого города.

Эдуард: Спустя пять лет нашей раздельной жизни в Питере Джейна уже закончила институт, а я еще продолжал обучение, так как техническая специальность осваивается подольше. В то время каждый из нас занимался музыкой. Я играл в группе, Джейна делала карьеру, параллельно занималась творчеством, сама сочиняла песни и выступала.

Джейна: Да, еще во время студенчества я познакомилась с бразильцем, который уже давно дружил с Эдом – они играли в одной группе. Спустя какое-то время они предложили мне выступать вместе, так мы и встретились. Музыка нас связала.

— Что вдохновило вас оставить комфортную налаженную жизнь и рвануть в третий мир лишь с парочкой рюкзаков?

Джейна: Скорей, это было не вдохновение, а планомерное и логичное развитие событий. Познакомившись, мы не сразу отправились в путь. Честно говоря, если бы мне кто-то тогда сказал, что я брошу все, к чему так упорно стремилась, я бы рассмеялась и покрутила пальцем у виска. Студенческое время в Питере совсем не такое, как дома на Сахалине. В большом городе пришлось достаточно рано стать ответственной, пойти на работу, чтобы иметь возможность снимать комнату и обеспечивать себе более-менее комфортную жизнь. Поэтому желание сделать карьеру, добиться успеха, стать «крутой» было во мне очень сильно. К тому же, еще в институте я видела достаточно обеспеченных ребят с более выгодной стартовой позицией – не хотелось отставать. В двадцать пять лет я уже была директором отдела снабжения хорошей компании, имела подчиненных и казалась себе очень крутой. Но в 2012 году все мои представления о счастливой жизни быстро начали рушиться, все поставленные цели были достигнуты, начинался новый виток жизни.

Эдуард: У меня все было довольно просто: закончил университет, поработал буквально полтора года. Да, сначала мы оба решили идти по карьерному пути, и первое время все было в порядке. У меня помимо работы было достаточно времени и сил на творчество. К тому же, было прикольно ездить в командировки каждый месяц – все не в тягость. Но потом начало «засасывать». Стало заметнее, что жизнь в большом городе – это полтора-два часа дороги, поздние возвращения домой, заказы еды на доставку, потому что времени готовить нет. Нам стало не достаточно общения только на выходных. Мы с Джейной всегда были на одной волне, и наше мышление начало меняться одновременно и очень быстро.

Джейна: В двадцать пять лет, на пике карьеры, у меня случился переломный момент, когда я поняла, что если сбавить обороты, то молодые амбициозные ребята, которых в Питере предостаточно, быстро займут мое место. Надо постоянно быть на коне, а силы уже заканчивались. Да, перспективы были дикие, но при условии постоянного нахождения в бешеном ритме работы. Музыку я забросила сразу, периодически начала интересоваться йогой, чтобы найти отдушину в чем-то другом. А Эд еще долгое время играл в группе, несмотря на то, что путь до репетиционной базы занимал полтора часа. Из них полчаса нужно было идти пешком и тащить на себе инструменты. В итоге домой возвращался за полночь.

Эдуард: Я продолжал играть усиленно, не смотря ни на что. Но все равно выходило как-то скомкано, поверхностно, поэтому часто возникал вопрос: ради чего все это?

Джейна: В то время мы думали, что есть только черное и белое. То есть, если мы хотим жить комфортно, то надо «пахать», а если хотим заниматься творчеством, то нужно распрощаться с нашей классной квартирой на берегу залива и перебраться в коммуналку. А потом моя сестра, которая на тот момент уже почти год жила в Эквадоре, и ее друзья пригласили нас в Мексику на фестиваль, посвященный концу света, который для нас в итоге оказался не концом, а началом, то есть переходом из одной эры в другую (то самое 21 декабря 2012 года). Там мы и увидели своими глазами, что между черным и белым есть еще много оттенков, очень много. Мы познакомились с такими невероятными и совершенно разными людьми, которые не впадали в крайности, чтобы жить интересной жизнью. Мы видели свободных успешных ребят, прекрасно выглядевших, занимающихся творчеством и не живущих на копейки.

Эдуард: Еще в тот год наши друзья уехали в путешествие по Юго-Восточной Азии на три месяца с билетом в один конец. Причем, они рассказали о своих планах уже непосредственно перед вылетом. Это было сообщение примерно такого содержания: «Привет! Вчера мы поженились, уволились и сейчас сидим в аэропорту».  Тогда для нас это было шоком, чем-то невероятным, но показало, что можно набраться смелости и решиться на такой шаг.

Джейна: После возвращения из Мексики у меня была дикая эмоциональная ломка, потому что падать было высоко, но жить по-прежнему – невозможно. Мы стали думать о смене обстановки. К тому же, зима 2013 года выдалась как никогда холодной, и мы решили, что это наша последняя зима в Питере, а уже в июле оставили Северную столицу позади.

Эдуард: Мы знали, что путешествие близится, но не думали, что оно затянется на год. По плану было посещение родителей сначала на Камчатке, потом на Сахалине. Из Южного мы полетели в Гонконг и оттуда в Таиланд. Все, что было дальше – настоящий экспромт. Один раз мы гуляли по Хошимину, и я говорю: «А поехали на Филиппины?» Посмотрели билеты, сделали визу через консульство и полетели. В итоге мы посетили 11 стран.

— Встречали ли вы трудности, собираясь в путь?

Джейна: Многих пугают технические вопросы: где жить? Что есть? Как менять деньги и т.д. Но настоящее препятствие – это страх, это те ограничения и разговоры, которые мы слышим. Почему мы обращаем на них внимание? Потому что они сидят в нас самих. Если вам ничего не страшно или вы осознанно проработали все варианты развития событий, то всяческие предостережения друзей, например, вас не заденут ни капли. И еще, кстати, у нас не было особой цели в путешествии, но мы ехали за ответами. Мне, например, казалось, что я непременно должна встретить какого-нибудь гуру, который сказал бы, что моя великая жертва была оправдана. Поэтому поразмыслив, что же самое плохое может с нами случиться, мы поняли, что это был страх разочарования, боязнь, что нам вообще не понравится путешествовать. Это было жутко не приятно, и мы решили, что если не придется по вкусу одна страна – поедем в другую. Если плохо окажется везде – что ж, по крайней мере, мы кое-что о себе узнаем, расширим кругозор как минимум.

Конечно, никакого гуру я не встретила, но мы увидели столько необычных мест и познакомились со столькими интереснейшими людьми, и все они чему-то нас научили. Причем истины, как правило, оказывались самыми простыми.

— И какой главный урок вы извлекли из путешествия?

Эдуард: Надо принимать все таким, какое оно есть. Любые ситуации, которые с тобой происходят, закаляют. В путешествии было много сложностей, и мы через них прошли. Это был не совсем отдых в прямом смысле этого слова. Возвращаясь в Россию, мы были истощены и физически, и морально.

Джейна: На самом деле, в таких не стандартных ситуациях открываются совершенно банальные истины, о которых мы забываем в потоке быта. А также пришло осознание, что нет идеального места, потому что куда бы ты ни поехал, ты везешь с собой себя.

— Почему решили закончить свое путешествие и остановиться в Южно-Сахалинске?

Джейна: Во-первых, как я уже говорила, мы очень устали. Во-вторых, банально закончились деньги.

Эд: Мне, в отличие от Джейны, не пришлось жертвовать карьерой и увольняться с работы. Я просто пришел в свою компанию и сказал, что собираюсь уезжать, но готов продолжить работать удаленно. Мои условия были выслушаны и приняты. Несколько раз я даже летал в командировки прям из той страны, в которой мы на тот момент находились. Кстати, решиться подойти к руководителю и сделать такое нестандартное предложение мне помогла найденная в закромах книга Тима Ферриса «Как работать 4 часа в неделю».

Тем не менее, со временем такой режим утомляет, мы ехали в Азию, чтобы сменить обстановку, получить новый опыт, а не жить и работать удаленно.

Джейна: Мы получили очень много от своих странствий и стали понимать, что пора возвращаться. Одна проблема: после всего увиденного и пройденного в Азии невозможно вернуться к «обычной» жизни в большом городе.  Ценности изменились, потому что на Востоке ко многим вещам начинаешь относиться проще, но глубже. Особенно в этом плане впечатлила Камбоджа: люди, живущие в стране, только начавшей залечивать свои послевоенные раны, искренне счастливы и радуются банальнейшим вещам, которые мы даже не замечаем в повседневной жизни.

Эд: Питер нам очень дорог, там осталось много близких людей, с которыми нас многое связывает, но мы так и не нашли причин туда возвращаться. Хотелось быть ближе к природе и отвлеченной жизни, но на Камчатке и Джейне, и мне было бы трудно найти работу, поэтому мы решили остановиться на Сахалине.

Джейна: Потом мы поняли, что Сахалин – это очень сбалансированное место. Тут и хорошая инфраструктура, и природа, и интересные люди. Здесь есть все, чем мы бы хотели заниматься.

— Расскажите, чем вы занимаетесь сейчас?

Эд: Путешествуем, работаем. Вернувшись на Сахалин, мы оба устроились на офисную работу в нефтегазовой отрасли. Потом Джейна начала преподавать йогу и уволилась с основной работы.

Джейна: Сейчас все мои силы направлены на мой новый проект – небольшую лавку товаров для практики йоги и натуральной косметики. И, конечно, преподавание йоги в студии «Лотос» Марины Михеевой.

— Джейна, как ты пришла в йогу и чем для тебя является практика?

Джейна: Я начала интересоваться йогой еще в Питере. От случая к случаю посещала классы разных направлений, даже не разбираясь в них. В путешествие я взяла с собой коврик, оставшийся от старшей сестры, и начала практиковать так часто, как могла. За это время йога стала для меня не просто чем-то загадочным и красивым, но гораздо более глубоким инструментом познания себя и очищение разума от различного хлама.

Мы увидели много стран, но до Индии так и не доехали, а без посещения настоящего традиционного ашрама я считала себя не достойной преподавать. Потом оказалось, что все к лучшему: я бы не получила таких обширных знаний о йоге на иностранном языке, да и не была готова. Вернувшись в Россию, я в течение года дистанционно обучалась на инструктора в московской школе Oum.ru и считаю себя счастливицей в этом плане. Те знания, те учителя, с которыми мне удалось встретиться, оставили огромный след в моей душе. Ко мне пришло понимание йоги по сути, а не по форме, которое я и хочу донести до других людей. То есть это не просто красивые позы на коврике и не полтора часа в зале. Это очищение своих мыслей, поступков, контроль над всем, что ты делаешь с утра до вечера.

— Как это можно воплотить за полтора часа занятия в студии?

Только своим примером. Многие представляют себе просветленного человека, сидящего в позе лотоса в пещере, отождествляют это с йогой и считают неадекватным в повседневной жизни. Поэтому моя первая задача –показать, что можно «быть в теме», практиковать йогу и при этом комфортно жить в обществе. Для этого можно использовать разные методы: в нужный момент сказать что-то во время урока, написать заметку в Инстаграм, поделиться опытом во время мероприятий. На базе студии «Лотос» мы уже успешно провели йога-ярмарку и Международный день йоги, оба события проходили на Сахалине впервые! Было много людей, уже практикующих йогу, но также и был интерес тех, кто ничего о йоге ранее не знал.

Я наблюдаю за очень позитивными тенденциями на Сахалине. Открывается все больше клубов, появляется все больше хороших преподавателей и, соответственно, больше людей, которые знакомятся с йогой. И это просто замечательно, потому что цель йоги – сделать как можно больше людей осознанными, а мир вокруг – гармоничным.

— Эдуард, наверняка ты не упустил возможность попробовать серфинг в разных местах.

Эд: Обучение серфингу не было моей целью. Впервые я решил попробовать серфинг на Филиппинах. Сначала взял урок у местного инструктора, потом сразу появилась какая-то уверенность, что можешь все, и желание продолжать. Потом закрепил филиппинские навыки в Индонезии и на Шри-Ланке. На Камчатке я первый раз надел гидрокостюм и попробовал суровый зимний серфинг в холодной воде. Тем не менее, основной мой прогресс случился и случается именно на Сахалине. Все-таки основное время мы катаемся здесь.

— Как удается найти подходящие волны?

Эд: В окружающих область морях и Тихом океане периодически формируются циклоны. Ветер гонит волны, которые, проходя какое-то расстояние, выравниваются, сливаясь и выстраиваясь в определенные ряды, и достигают наших берегов сетами. Например, каждые десять минут приходит по три-четыре волны. Мы следим за картами погоды, отслеживаем шторма и в подходящий момент едем на тот или иной спот.

— С каждым годом серфинг становится все более популярным, а число мест для катания ограничено. Хватит ли всем места?

Эд: Лично я – за популяризацию серфинга, потому что это полезно, способствует более здоровому образу жизни: нужно держать себя в хорошей форме, не употреблять алкоголь. К тому же, чем больше людей, тем больше возможностей для обмена опытом, тем больше мест для катания мы открываем.

За два года моего увлечения серфингом на Сахалине, появилось много новых спотов – в море достаточно места. Мы поставили точки отслеживания сахалинских серф-спотов на международных сайтах – такого раньше не было.

— Можете ли вы сказать, что сейчас живете той жизнью, которую хотели?

Эд: Нет предела совершенству, в том числе и в распоряжении своим временем. Хотя сейчас я действительно доволен тем, чем занимаюсь, и тем, как распределен мой день, как распоряжаюсь своим свободным временем.

Джейна: Этот вопрос для меня тесно переплетен с темой свободы. До этого я думала, что свобода – это райский отдых на пляже и ничего неделание, а оказалось, что свобода – это очень страшно и ответственно. Принимать это – значит быть счастливым. Можно ходить в тот же офис, и быть счастливым, если ты это делаешь осознано и ради какой-то цели, если это дает плоды не только тебе, но и приносит пользу людям. Поэтому то, чем я занимаюсь сейчас – это огромное счастье, и я искренне благодарна, что мне позволили это.

—  Спасибо, ребята, за интересный рассказ. Настало время для традиционной рубрики пожеланий нашим читателям.

Джейна: Разбираться со своими страхами, потому что многое, чего мы боимся, на самом деле вообще не страшно.

Эд: Если ты слышишь от друзей какие-то отговорки, либо встречаешь какие-то «знаки», то, как правило, это значит, что ты сомневаешься в этом сам. Ты невольно слышишь те вещи, которые хочешь слышать. Если сомнений нет, то реальных преград очень мало.

Джейна: Нужно всеми силами лелеять свои мечты и планы, искать позитивные примеры, вдохновляющие фильмы, книги – все, что дало бы тебе силы осуществить эту мечту.

Текст: Анна Макарова

Фотографии: Олег Бренцан, личный архив Джейны и Эдуарда